Teкст: Михаил Визель
Слово "весна", вынесенное в название книжной ярмарки, ассоциируется с пробуждением чувств, а те, в свою очередь, - с поэзией. Но на ярмарке в Гостином дворе будут представлены новинки, не только фиксирующие свежеизлитые чувства, но и основательные компендиумы, подводящие промежуточные жизненные и творческие итоги своих маститых авторов.
Наталия Азарова. ОНКОЛОГИЯ. Книга стихов
М.: ОГИ, 2026. — 192 с.
Самая необычная, экспрессивная и, можно сказать, важная поэтическая книга ярмарки. Ее автор, выдающийся современный переводчик и переводовед, поэт, доктор филологических наук, собрала в ней поэтические тексты, отражающие этапы собственной борьбы с тяжелым заболеванием. Сами названия коротких сверхстяженных верлибров (отражающих, в том числе, и опыт переводов средневековой китайской поэзии) звучат откровенно до шока: "частная клиника", "доказательная медицина", "первая ночь после химии" и даже "молитва о ремиссии". И при этом - "что общего у меня с пастернаком" (да: не только философские штудии, но и заболевание). Еще больше реалистичности и драматизма придают послесловие врача-онколога из той самой "частной клиники" и особенно послесловие психолога, начинающееся с того, что его автор - не только практикующий психотерапевт, но и дочь поэтессы. Анализировать близких - один из категорических запретов психологии; но автор последовательно нарушает все табу, начиная с главного. По ее уверениям, это вообще первая поэтическая книга о раковом заболевании.
Я возвращаюсь. Современная поэзия на идише в русских переводах
Ред. и сост. Йоэль Матвеев
М.: Книжники", 2025. — 316 с.
Первая за многие годы (если не вообще первая) представительная двуязычная антология современной поэзии на идише, изданная попечением Бориса Зайчика и подготовленная главным редактором портала Yiddish-Culture.com.
Собственно, самo ее название - это ее эстетическая и идеологическая программа. Идиш возвращается! Это не язык застывших анекдотов про тётю Сару, горько-веселых новелл Шолом-Алейхема и романов Башевиса Зингера, запечатлевших сгинувший в огне Второй мировой войны мир восточноевропейского еврейства. А один из современных языков (германской группы, между прочим), на котором, в том числе, и пишут современную поэзию. Причем очень разную, как разны 12 представленных в этой книге поэтов разных поколений, от родившегося до начала Второй мировой войны Льва Беринского до родившегося после распада СССР Давида-Омара Коэна (что, впрочем, для него, уроженца Нидерландов, не столь актуально).
С точки зрения переводоведения эта антология представляет собой интереснейший материал - потому что ни для кого из 12 поэтов тот язык, на котором созданы представленные здесь произведения (по десять - от каждого), не является первым "от рождения"; и при этом - не единственным поэтическим. Более того: часть переводов на русский язык - это автопереводы. Разница языковых ситуаций и культурных контекстов очень хорошо чувствуется - и это чувство не всегда отрадно. Но безусловно отрадно, что произведения эти и эти авторы всё шире "вводятся в обращение" - и идиш можно больше не ассоциировать с застывшей анекдотической "тётей Сарой".
Федор Сваровский. Бортовой журнал ФС 2006–2026
Сост.: Д. Файзов, Ю. Цветков; Вступ. ст.: Н. Николаева, Д. Файзов, Ю. Цветков
М.: Культурная инициатива, 2026. — 198 c.
Отмечающий в начале апреля 2026 года 55-летие Фёдор Сваровский - один из известнейших и "стилеобразующих" русских поэтов XXI века. Выбранная им поэтика "нового эпоса" - длинные нарративные как бы поэмы ("как бы" - потому что исключительно свободным стихом) и стихотворения, часто снабженные проламывающими "четвертую стену" ироническими автокомментариями, вошли в кровь и поэтику нескольких поколений русских стихотворцев, продолжают ли они ту же линию или же резко противопоставляют себя ей. При этом, как досадуют составители, сколь-нибудь представительного компендиума произведений Сваровского, рассредоточенных доселе по тонким авторским сборникам, доселе просто не существовало. Хотя и это собрание можно считать таковым с оговоркой, сразу сделанной составителями:
Но поскольку путешествуют по этой вселенной они уже давно и вдумчиво, картина всё-таки открывается достаточно полная. Включая несколько вообще не публиковавшихся в России стихотворений.
Максим Амелин. Стихотворения и поэмы
М.: БСГ-пресс, 2026. — 440 с.
Многосторонняя и чрезвычайно продуктивная деятельность Максима Амелина - поэта, переводчика, публикатора, составителя антологий литературы народов России и СНГ, неоднократно становилась предметом наших публикаций; но собственно поэтических книг у него, погодки Сваровского, не выходило уже давно. И этот внушительный том призван заполнить образовавшуюся за 15 лет внушительную лакуну. Он включает в себя, в пересмотренном самим автором виде, все выходившие доселе авторские сборники, включая посвященную Якову Брюсу поэму "Веселая наука" и такой филологический взбрык, как "Эротический центон, составленный из стихов и полустиший эпической поэмы Михайла Хераскова «Россияда» в подражание последней части «Свадебного центона» Децима Магна Авсония". А также - новые стихотворения, разбросанные по периодике.
Но главное - нигде еще не публиковавшиеся вместе "Двенадцать эпизодов из поэмы Соловецкая страда", - написанное размерами традиционной (допетровской) русской поэзии эпическое повествование об одном из драматичнейших и определяющих на много веков вперед ход истории событий русского XVII века - восьмилетней осаде и взятии царскими войсками Соловецкого монастыря, где засели защитники старой веры.
Мы уже имели случай недавно обратить внимание на поэтических "воинствующих архаистов", последовательно придерживающихся в своем оригинальном творчестве дореформенной орфографии; здесь же перед нами не столь заметное внешне, но куда более действенное и органичное погружение вглубь веков.
- Ехали скоморошки, мимо шли по дорожке,
- хмéльные, веселы́е мо́лодцы-молодцы́.
- Срезали по пруточку, сделали по гудочку,
- струночки натянули, начали гудовать.
- — Вы, гудцы, не гудите, милого не будите:
- выспится — сам проснётся, будет ему весна.
И действительно, будет. В частности - non/fictioNвесна
