Текст: Анна Юркова (Чеченская Республика)/РГ
В чеченском селении с необычным названием Парабоч ровно двадцать лет назад открыл двери литературный музей М. Ю. Лермонтова (филиал Национального музея ЧР). Причем экспозицию представили в особняке бывшего имения помещиков Хастатовых — родственников поэта, у которых тот гостил не раз. По-видимому, удаленность от центра (деревенька расположена на левом берегу Терека и в 70 километрах от Грозного) помогла сберечь стены от исторических бурь. Однако же послужила и причиной тому, что до сих пор мало кто слышал об этом уголке и смутно понимает его значение. Корреспондент "РГ" не исключение: впервые я узнала об этом месте несколько лет назад, и только недавно удалось исправить упущение.
Директор литературного музея Рената Хамдиева в беседе сразу обращает мое внимание на тот факт, что в доме не сохранилось предметов прошлой обстановки, да и личных вещей русского классика в залах тоже не встретишь. Усадьба — вот истинный артефакт. Здание самое старое в Чеченской Республике, возведено в 1760 году, и с тех пор помещения не подвергались перепланировкам, а его внушительные стены — около 60 сантиметров — сохранили все родные кирпичи. Ни один не заменили. Так что небольшой по современным меркам двухэтажный особняк площадью 275 квадратов с оштукатуренным в желтый цвет фасадом и обрамленный деревянной верандой с колоннами — свидетель ушедшей эпохи, и можно быть уверенным: именно таким его видел Михаил Лермонтов.
— Дом принадлежал помещику Акиму Васильевичу Хастатову, генерал-майору в отставке, за которым была замужем Екатерина Алексеевна Столыпина, родная сестра бабушки Лермонтова — Елизаветы Арсеньевой, — рассказывает Рената Хамдиева. — Поскольку Мишель (так дома на французский манер звали маленького Михаила) рано потерял мать, рос болезненным, то занимавшаяся воспитанием внука бабушка по совету лечащего врача возила его в Горячие Воды (ныне Пятигорск), а затем ехала к родственникам в имение, примыкавшее к станице Шелкозаводской. В Чечне мальчик впервые услышал песни гребенских казаков, увидел зажигательную лезгинку, оказавшись в одном из аулов на празднике Ураза-байрам, и позже делился впечатлениям о "мохнатой шапке", имея в виду папаху.
Дети Хастатовых — Анна, Мария и Аким — водили Мишу на Терек, где вместе собирали дикий виноград и ягоды. Казаки называли Терек Горынычем за крутой нрав. Весной река нередко выходила из берегов, затапливая дворы. Лермонтов запомнил обычай: в Духов день молодые казачки спускали на воду кораблики, украшенные ленточками и венками. Иными словами, старались "утихомирить" Терек, задобрить его. Все эти наблюдения "сурового края свободы" отложились в его детском сознании и в последующем выплеснулись в известные произведения "Валерик", поэму "Мцыри" и очерк "Кавказец".
В комнате на первом этаже у стены неприметно стоит мемориальная доска из серого мрамора с выгравированными датами пребывания Лермонтова в имении Хастатовых. Их три: 1818, 1837 и 1840 годы. Памятный знак установили еще в 1964 году к 150-летию со дня рождения поэта, но позже сняли, потому что… новые исследования выявили еще несколько посещений Михаила Юрьевича — 1820 и 1825 годы. Полный список, подтвержденный архивами государственного музея-заповедника "Тарханы", отражен в установленном постаменте во дворе.
Впрочем, именно мемориальная доска и публикации в республиканских газетах 1960-80-х годов ("Строитель коммунизма", "Грозненский рабочий", молодежное издание "Комсомольское племя") "взрыхлили" почву для создания в бывшей усадьбе литературного музея. По словам первого директора Светланы Темирбулатовой, мамы Ренаты, в советское время на первом этаже располагались продуктовый магазин и почтовое отделение, наверху — контора лесхоза. Конечно, жители слышали о прошлой судьбе дома, но наведывавшиеся сюда почитатели творчества Лермонтова, взглянув на захламленную угловую каморку с уцелевшей с далеких времен печью-лежанкой, на которой по преданию спал маленький Мишель, покидали место с чувством растерянности.
От Хазарской крепости до шелковых заводов
Так как же быть с памятью о поэте? Ответом на этот вопрос стало постановление Совета Министров Чечено-Ингушской АССР, объявившее в 1987 году бывшее имение Хастатовых в селе Парабоч Шелковского района памятником истории и культуры. Затем состоялся первый литературный фольклорный фестиваль: так зародилась традиция — отмечать день рождения Михаила Юрьевича.
— В 2004 году при поддержке министерства культуры региона в доме учредили музей, а в июне 2006 года — его открыли для посещений, — делится Светлана Темирбулатова. — Позже особняк реставрировали: восстановили деревянную веранду, заменили протекающую кровлю, подштукатурили и побелили наружные стены. Мне часто задавали вопрос: "Меняли ли потолки?" Нет, только укрепили их железной балкой. Вообще здесь ничего кардинально не переделывали, так как основные конструктивные элементы хорошо сохранились. Сейчас, конечно, нужен свежий ремонт и очень хотелось бы расширять экспозицию.
Светлане Батиевне 81 год. Несмотря на солидный возраст, ее жизнелюбию позавидует любой. По-прежнему она интересуется новостями, собирает краеведческие материалы и ведет архив, самостоятельно набирая тексты на компьютере. О себе рассказывает, что с юности любила художественную литературу (в пятом классе запоем читала романы Майн Рида), страстно увлекалась музыкой и театром, мечтала изучать востоковедение, — за плечами три курса исторического факультета — но замужество и заботы о семье так и не позволили защитить диплом.
— После окончания семилетки в 1960 году я вместе с двоюродным братом поехала в Грозный и поступила в Чечено-Ингушский медицинский техникум, долгое время трудилась в селе фельдшером, — вспоминает она. — А когда сдавала экзамены в вуз, то на сочинении мне выпала тема "Образ Бэлы в "Герое нашего времени"… Я тогда и не подозревала, какое место займет в моих поисках великий поэт, чья жизнь тесно переплетена с нашим краем.
Рената Хамдиева преподает историю в родной школе станицы Шелковской. Правда, учительствовать поначалу не собиралась. Но после войны катастрофически не хватало преподавателей.
— Было тяжело: учебников нет, дети несобранные, думала, не задержусь надолго, и вот уже исполнилось 25 лет, как веду уроки, — говорит она. — Наверное, очень помог коллектив, он у нас сплоченный, интернациональный, а тогда еще трудились мои учителя.
Вспоминает, что с учениками совершала полевые вылазки — район богат живыми памятниками истории. Помимо усадьбы здесь находится Хазарская крепость (примерно X века) в виде оплывших валов с прослеживающимися башнеобразными выступами.
— А откуда взялось название Шелковская? — спрашиваю.
— Дело в том, что первый в России шелковый завод заложили в трех верстах от нас в 1718 году по указу Петра I, построил его армянский купец из Кизляра Сафар Васильев, — поясняет Рената. — Возвращаясь с Персидского похода, царь побывал на драгунских (горячих) источниках и затем, перебравшись на левый берег Терека, посетил и шелковую мануфактуру, к тому времени выросшую в крупное производство. Документы свидетельствуют: на ней работали 227 армян, 153 грузина и 51 русский. Позже известный садовод Паробучев, венгр по происхождению, разбил новые тутовые насаждения на месте нынешнего села (отсюда появился топоним Парабоч). И только во второй половине XVIII века его шелкозаводское имение перешло в порядке наследства к помещикам Хастатовым.
Прототип Печорина
Как я уже упоминала, экспозиция музея безыскусственна, вместо головокружительных раритетов — собранные по крупицам предметы быта, которые мог видеть Лермонтов у казаков или горцев в своих поездках на Кавказ. Это и черная бурка, и традиционный войлочный ковер — истанг. На верхнем этаже, за угловой комнатой с побеленной печью, можно подержать в руках старинную утварь. Отдельные кухонные принадлежности для современного обывателя вообще составляют сущую загадку, потому как давно ушли из обихода.
— Например, эту деревянную шумовку с отверстием в форме, напоминающей крест, многие дети приписывают казачьему изделию, — указывает она на большую ложку с необычным вырезом, который действительно наводит на подобную мысль. — На самом деле в чеченских селениях хозяйки пользовались ею для приготовления национального блюда жижиг-галнаш — мяса с галушками…
А вот и дверной засов — ровесник дома. С ним тоже связана история. Особняк Хастатовых представлял собой укрепление, огороженное тыном и рвом с водой, снабженное малым орудием и охраняемое казаками военного Ивановского поста. Однако Екатерина Алексеевна была не робкого десятка — недаром в народе ее прозвали "авангардной" помещицей. Однажды, услыхав среди ночи набат тревоги, Екатерина спросила у слуг: "Не пожар ли?" — "Нет, набег!" После этих слов она хладнокровно повернулась на другой бок и уснула. Для беспокойной жизни линейной станицы выстрелы — привычное дело, так что хозяйка опасалась больше разрушительного пламени, чем горцев.
В марте 1837 года Михаил Юрьевич отправился в первую ссылку на Кавказ. Обличающие строки в адрес "стоящих у трона" в стихотворении "Смерть поэта" вызвали гнев Николая I, и по его указу лейб-гвардии гусарского полка корнета Лермонтова перевели тем же чином в Нижегородский драгунский полк. По дороге в гарнизон он заболел и, конечно, побывал у родственников.
— Бытует версия, что в этой поездке он остановился на ночлег в станице Червленной, в хате казака Ефремова, — говорит Рената, — и застал там такую картину: к нему спиной сидит девушка — казачка Дунка, она же Евдокия Догадиха, и убаюкивает младенца. Чувствуя появление гостя и, по-видимому, желая его заинтриговать, она громче принимается напевать колыбельную своим красивым голосом. Лермонтов берет бумагу, карандаш и осторожно делает зарисовку. Позже он напишет знаменитую "Казачью колыбельную песню". В этом произведении есть образ, вызывающий у чеченцев удивление — "Злой чечен ползет на берег, точит свой кинжал". Мол, как можно в воде точить клинок? Но это фольклорная метафора — шла Кавказская война, и слова выражали больше тревогу матери за будущее ребенка, чем конкретный факт.
Офицер Аким Акимович — дядюшка Лермонтова и наследник имения Хастатовых — за свой бесстрашный характер прослыл сорвиголовой. Именно он стал прототипом Печорина, умыкнувшего кумычку Бэлу. Недалеко на реке Аксай находился "каменный брод" (крепость Ташки-Чу), откуда Аким выкрал девушку и привез в усадьбу. С ней он состоял в романтических отношениях. Правда, в книге горянка трагически погибает, а в жизни — ее отвезли обратно. Точно так же и повесть "Фаталист" списана с реального эпизода, произошедшего с Хастатовым в станице Червленной: герой в одиночку обезоруживает запершегося в избе пьяного казака-убийцу и чудом остается жив.
— Дом-музей включен в туристические маршруты, в том числе и те, которые проходят по следам пребывания Льва Толстого, поскольку писатель дружил с Акимом Акимовичем, охотился в пойменном лесу рядом с селом, — подытоживает Рената. — Между прочим, свою писательскую деятельность Лев Николаевич начал в станице Старогладовской (тоже в Шелковском районе), во время службы в батарее артиллерийской бригады. Здесь он завершил повесть "Детство". Так что поток гостей увеличивается, а география обширная. До пандемии к нам приезжал студент из США, готовивший дипломную работу на тему "Лермонтов и Кавказ". Также посещал правнучатый племянник великого русского поэта и его полный тезка — Михаил Юрьевич Лермонтов, возглавляющий Ассоциацию "Лермонтовское наследие".
Но в десяти залах проводят экскурсии не только в привычном формате. Для школьников Рената организует уроки музыки, изобразительного искусства, разбирает отдельные периоды истории. В 2025 году наша страна отметила важнейшую дату — 80-летие Победы Красной армии и советского народа над нацистской Германией в Великой Отечественной войне, и в музее провели урок "Орден в твоем доме", на котором уже дети и внуки рассказывали о своих предках-героях, приносили их личные фотокарточки, зачитывали письма с фронта домой.
Кстати
В экспозиции чеченского литературного музея Лермонтова находится около 400 предметов. Среди них — копии картин поэта, подаренные советским живописцем Борисом Семеновым. Исследователь творчества Михаила Юрьевича Ираклий Андроников писал: "…Немного рождалось поэтов, которые бы так "слышали" мир и видели бы его так, — динамично, объемно, красочно. …Если бы он профессионально занимался живописью, он мог бы стать настоящим художником".
