Тект: Борис Кутенков
Апрель ознаменовался появлением новых онлайн-журналов.
На портале «Дегуста» поэт Леонид Коммьев расспрашивает создателей двух проектов, появившихся недавно, об их детищах. Поэт, выпускник Литературного института Семён Ткаченко о новом журнале «Ничего лишнего»: «Современному литературному процессу не хватает читателя. Именно профильного читателя, который не пишет прозу, стихи или драматургию. Я хочу это исправить. Я не хочу создавать элитарный поэтический клуб. Моя задумка заключается в обратном – сделать поэзию доступней за счёт формата. Моя задача – подарить читателю радость освоенного материала. Чтобы он прочитал всё за полчаса и остался доволен. Даже если недоволен — он сможет честно сформировать своё мнение о целом выпуске. Главное — читателя не перегружать. Если обратите внимание на первый выпуск, в нём нет длинных, тяжеловесных текстов. Я намеренно отказался от профилей авторов с творческими биографиями. При карманном формате отпадает надобность в поиске знакомых имён – тут всего-то семь авторов, почему бы не познакомиться с каждым?..»
В двух представленных читателю номерах журнала – множество интересных авторов, действительно ничего лишнего. Женя Липовецкая:
- означающее — сор
- означаемое — сон
- кто я рыба? птица? дева? от машины колесо?
- боже делай как придётся лишь бы было хорошо
- нет оставь меня никем
- без названий налегке
- я хочу дойти до края и нагая и босая по одной гнилой доске
- да всё так но что за слово
- вертится на языке?
Сергей Губин:
- В снегу стоит зелёный конь
- как лох как вещество
- на свете есть один закон
- но я забыл его
- и вот венера входит в лену
- есенин входит в енисей
- и в шлёпках лермонтов как демон
- с разбега прыгает в бассейн
- конечно щучкой не иначе
- он рыбка лёгкая а мы
- прожили ничего не знача
- но всё же будем спасены
- и я себе побыл врагом
- и этого всего…
- на свете есть один закон
- но я забыл его
Поэт, дизайнер цифрового продукта Ольга Островерх рассказывает о сообществе [круг]: (Ответ на вопрос «Что не хватает современному литературному процессу, что мог бы дать [круг]?»): «Мне кажется, современному литпроцессу не хватает освоения цифрового пространства, ведь взаимодействие с текстом в интернете не ограничивается чтением и публикацией. Я с большим интересом исследую эту тему. Мне нравится создавать вещи, которые делают людей счастливыми. Я выступаю за свободное творчество. Мне бы хотелось, чтобы [круг] стал тем местом в интернете, где хочется быть»).
Поэт и литературтрегер Михаил Бордуновский с командой запустили новое издание «Поэзия». Из редакционного предуведомления: «Кроме остроты лирического дара, сама природа которого бежит определений, ключевыми качествами поэта для нас оказываются самостоятельность и строгость творческих поисков, привычка всё, в том числе и свою правоту, подвергать сомнению. Наше издание посвящено прошлому, настоящему и будущему русскоязычной поэзии во всемирном контексте. Журнал работает в международном поле, невидимом, но необходимом для выживания — вне зависимости от пола и возраста, географических и метафизических координат».
В номере — интервью с филологом Валерием Сажиным к выходу первого тома собрания сочинений Якова Друскина: «Друскин, как говорится, “по определению” не может быть узнаваемым больше Хармса или даже поэта Введенского. Работы Друскина не могут стать популярнее произведений названных его друзей и единомышленников. Но есть одно обстоятельство, на которое внимательный читатель издания, обсуждаемого нами, надеюсь, обратит внимание. Насколько было уместно и возможно, я в этой книге эпизодически отмечал интенсивную интеллектуальную общность, систематические переклички мотивов и даже лексические взаимные повторы в произведениях Друскина, Хармса, Веденского и Липавского…» Галерист, издатель Ильдар Гареев о музее ОБЭРИУ в Санкт-Петербурге: «Итак, представляется, что музей — гнездо, музей — убежище, музей — окно в воображаемое и даже терапевтический кабинет, — всё имеет право на жизнь. Более того, музей — не ковёр, и не гортензия, и без чётко очерченных границ может находиться и внутри нас. При условии, конечно, что тот предмет, которому он посвящён, находит в нашей душе и в сердце отклик. Очень хотелось бы, чтобы музей ОБЭРИУ в квартире Введенского на Съезжинской именно таким и стал».
Переводы Пауля Целана из Осипа Мандельштама в переводах Игоря Булатовского с предисловием Миши Коноваленко: «В переводе на немецкий Мандельштам мог бы стать проще. Но Целан не слышит или не хочет слышать этой простоты. Его Мандельштам говорит совсем по-другому. Русский синтаксис не растворяется в немецком, а, наоборот, переусложняется, и простая мелодичность мандельштамовского оригинала у Целана превращается в сбивчивое, задыхающееся объяснение…»
Матвей Цапко, Леонид Коммьев и Юлия Ермакова открыли новый цифровой («поэтически-развлекательный», как заявлено в анонсе) журнал «ВНОВЕ». В первом выпуске – лекция Дмитрия Гвоздецкого «Минимализм как новая роскошь» (с иллюстрацией в виде стихов Владимира Бурича), стихи Сергея Трафедлюка, Павла Автоменко-Прайса, Ирины Чудновой и др.
На портале Noda (медиа о новом Дагестане) поэт, литературный обозреватель Алан Мусаев представляет обзор новой дагестанской поэзии и её имён: «Только сейчас мы можем наблюдать появление нового поколения авторов, не скованного идеологическими мотивами прошлого века и успевшего адаптироваться к новым языковым условиям, к тому же пребывающего в состоянии мультикультурного пограничья.
Сформировалась живая литературная среда и пространство для свободного диалога, из которых вышли имена, без которых невозможно представить современную дагестанскую поэзию…»
Борис Куприянов на «Горьком» вспоминает об ущедшем от нас Владимире Шинкареве: «Как мало кто из современников Владимир Николаевич умел чествовать великий город. Его умышленность, торжественность, одиночество… Шинкаревские безлюдные городские пейзажи связывают нас с Бродским, Вагиновым, Блоком, Достоевским, Гоголем и с Пушкиным. Наверное, он сумел бы создать самые точные, сравнимые, а то и превосходящие творения Бенуа иллюстрации к “Медному всаднику”. Точно бы сумел…»
Филолог Наталья Гвоздецкая пишет о педагоге, лингвисте, специалисте по древнегерманским языкам Ольге Александровне Смирницкой (1938–2026), переводчике «Младшей Эдды», древнеисландских саг и скальдической поэзии. «…В заключение вернусь к поэзии Р. Л. Стивенсона в оригинале, к отрывку из стихотворения “Реквием” (R.L. Stevenson, Requiem), которое можно назвать завещанием поэта (и не только Стивенсона)… <…> Об этом стихотворении я впервые узнала от Ольги Александровны. И теперь хочется думать, что и в ином мире она, как истинный поэт и «слово-люб» (филолог) возвращается из морских далей (сравнимых с “глубинами языка”) и со своей неуемной “охоты” за словом — домой, где никогда не умрет память о ней…»
В «НГ Ex Libris» — интервью с писателем Романом Сенчиным. «Я наблюдаю, как большие художники слова, вроде бы умные люди, если судить по прозе или статьям, над которыми они работали не два часа, а хотя бы несколько дней, в колонках и постах в интернете оказываются неумными и плоскими, что ли. И опасными – слышен лязг их зубов. Еще буквально лет пять назад я печалился, что литературная критика находится в состоянии тяжелой дремы. Сейчас я этому радуюсь... Вот на мою книгу “Детонация”, вышедшую в конце прошлого года, почти не появилось откликов, и мое авторское честолюбие, конечно, задето. А с другой стороны – и слава богу, что не откликаются. Не время для откликов…»
В «Знамени» — опрос «Домашние библиотеки критиков». Евгений Абдуллаев: «Мы погружаемся в бескнижное время. Как долго будет длиться погружение, неизвестно. Но кислорода уже не хватает. На улицах, в транспорте, везде, все больше чувствуешь людей, у которых нет личных библиотек. Это проступает у них на лицах, в движениях, в словах. Людей, которые вообще не читают книг. Для которых любое чтение, превышающее двухминутное пробегание глазами, уже дискомфортно, неприятно, ненужно. Это по-своему хорошие люди, по-своему умные. Умеющие то, чего не умею я. Но рядом с ними начинаешь задыхаться».
Артём Скворцов: «Угрожающим количество книг стало лет двадцать назад, и тогда мы на семейном совете решили придерживаться правила: книга пришла — книга ушла. Иными словами, если в доме появляется новая книга, то какая-то из прежних должна дом покинуть. Обычно это те, что никогда не будешь не только перечитывать, но даже и лишний раз открывать».
Ольга Балла: «Книги с автографами собираю — по причинам отчасти даже внелитературным: меня очень интересуют почерки и нравится в них всматриваться. Не скажу, что от этого лучше (или иначе) понимаешь текст: текст все, что ему нужно, говорит сам за себя. Но человека понимаешь точно лучше».
Критик, прозаик Кирилл Ямщиков вспоминает о своём учителе, прозаике Анатолии Королёве, ушедшем в конце прошлого года: «Однако лучшую свою, как мне думается, вещицу, “Быть Босхом”, создал, уже будучи неподалеку от Литературного института, в 2004 году, и сформулировал ею паралогизм одиночки, которого никоим образом его одиночество не заботит. Этот “роман с биографией”, помнится, изрядно меня тогда, на первом курсе, потряс. Анатолий Васильевич писал настоящую жизнь, опыт армейской службы, захолустную провинциальную тишь, которой, вестимо, мучительно потом сторонился — так сильно было исходное впечатление, — и, в параллель, чудеса, злые иллюминации Босха, сад земных наслаждений, створки-дверки-триптихи, тяжелые корабли пейзажей. Как просил знакомую перевести ему альбом с репродукциями, как трудился и, зачарованный, ходил по снегу, круги наматывал…»
На «Текстуре» Максим Глазун пишет о книге Фёдора Сваровского «Бортовой журнал» (Культурная инициатива, 2026): «Лирические герои Сваровского переживают: их страдания личные, но их размышления глобальные. Пространство человека нарушено, Бог оказывается сумасшедший. Война всегда идёт исподтишка. Ничто не надёжно, за редкими исключениями, типа капибары…»
Елена Черникова продолжает свою колонку, на этот раз касаясь прогнозов из прошлого и проблем искусственного интеллекта. «ИИ-цензор, тупица с мелкоячеистой сетью для уловления того-сего, легко дойдёт до самой сути и прикажет одному слепому автору переписать “Одиссею”. Особенная жуть охватывает при мысли о грядущем погружении ИИ-цензора в тексты Священного писания. Ужо порезвится. Интересно, кому пошлют рекламацию…»
