Текст: Виктория Васенкова, главный специалист РГАЛИ
Уроженец небольшого старинного русского города, Николай Яковлевич Рощин с самых юных лет впитал в себя неброский, но глубокий уклад русской провинции, который впоследствии станет одним из самых пронзительных мотивов его творчества. Окончив в 1915 году Алферовскую учительскую семинарию, он сразу ушел по мобилизации в армию, а год спустя, завершив обучение в школе прапорщиков, надел офицерские погоны. Первая мировая война стала для него не отвлеченным историческим событием, а суровой школой жизни, через которую он прошел, познав и окопную грязь, и тяжесть фронтовых будней. В феврале 1918 года Федоров оказался в немецком плену, но смог бежать и летом того же года вернулся в строй, под знамена Добровольческой армии генерала Деникина. В чине капитана Белой армии Николай Яковлевич стал участником Второго Кубанского похода, получил тяжелое ранение, после которого был отчислен из строя, но продолжил служить «белому делу» уже в качестве редактора газеты. В 1919 году вместе с госпиталем был эвакуирован из Одессы на пароходе, и с этого момента для него началась долгая, исполненная скитаний жизнь изгнанника.
В январе 1920 года он обосновался в Сербии, учился в землемерной школе для военных эмигрантов. В 1922 году поступил на философский факультет Загребского университета и начал деятельно сотрудничать с хорватской прессой. Но возможности учиться не было, и несостоявшийся философ с 1924 года приступил к работе на вагоноремонтном заводе во Франции. Одной из причин переезда Федорова на юг Франции стала тесная дружба с семьей Буниных, у которых он нередко бывал на вилле «Бельведер» в Грасе. Иван Алексеевич относился к творчеству молодого литератора взыскательно, давал ему профессиональные советы и изредка хвалил, что, несомненно, оставило свой след в становлении ФедороваРощина как писателя.
Печататься он начал еще в 1916 году — небольшие рассказы из фронтовой жизни регулярно выходили в петербургских журналах. Но расцвет литературной деятельности пришелся именно на эмигрантские годы, когда не без протекции Бунина молодой литератор становится автором самых видных эмигрантских изданий: газет «Руль», «Возрождение», «Последние новости», «Сегодня», журналов «Новый дом», «Иллюстрированная Россия», «Современные записки», «Перезвоны», «Сатирикон», «Дни» и др. Именно тогда Николай Яковлевич начал публиковать свои рассказы, очерки, путевые заметки под псевдонимом «Р. Днепров» и криптонимами «Н.Р.» и «Р.Д.».
В творчестве Николая Яковлевича неизменно звучат три темы: горькая тоска по утраченной родине, суровые испытания войн (и Первой мировой, и Гражданской) и, конечно, любовь. Дебютом писателя стал сборник рассказов «Горнее солнце»: он вышел отдельным изданием в Париже в 1928 году и был встречен критикой с единодушным одобрением. Ю.И. Айхенвальд отмечал «уверенные движения пера, меткость многих выражений, оригинальность фабул, яркую выразительность отдельных лиц», с чем соглашался и И.А. Воинов, подчеркивая, что «образы всегда ярки, живы, метко схвачены, в их сжатой, иногда сугубой сгущенности всегда таится большая сила напряжения, чувствуется зоркий глаз большого художника».
В 1930 году Николай Рощин представил читателям новую книгу — сборник рассказов «Журавли», выпущенный в Белграде в серии «Русская библиотека». Двадцать пять рассказов были объединены автором в две тематические подборки — «Скитания» и «Ушедшее». В цикле «Скитания» писатель воссоздает будни русской эмиграции в Париже — городе невероятном, но навсегда чужом для изгнанников. А в подборке «Ушедшее», куда вошли рассказы «Дорогобуж», «Солнечный звон» и «Первый день» и др., писатель возвращается в места своего детства и юности, которые предстают в его прозе как затерянный среди лесов и лугов неиссякаемый источник безмятежной радости.
Работая в газете «Возрождение», Рощин оказался в центре литературной жизни русской эмиграции, познакомился почти со всеми ее заметными представителями. Николай Яковлевич в принципе все время хотел быть в гуще событий. Он активно участвовал в культурной и общественной деятельности парижских эмигрантов, состоял в Союзе русских писателей и журналистов в Париже, часто выступал с чтением своих произведений в разных литературных объединениях: «Очаге русской культуры», Обществе русских студентов для изучения и упрочения славянской культуры, Тургеневском артистическом обществе и др. Его творческие вечера не раз проходили в «Русском клубе» и других литературных салонах. Слушатели тепло принимали Рощина, им нравилось, как автор читал и о чем говорил.
Во время оккупации Франции Николай Яковлевич присоединился к Сопротивлению. С 1942 года он помогал подпольной газете «Русский патриот», в 1944-м вступил во Французскую коммунистическую партию и участвовал в августовском восстании в Париже. О людях Сопротивления Рощин написал в «Парижском дневнике», рукописи которого сейчас хранятся в РГАЛИ (Ф. 2204, Оп. 1). За отвагу и смелость Франция, так и не ставшая для Рощина отечеством, наградила его орденом Почетного легиона.
После войны писатель все больше сближался с Советами: с 1944 года был в Союзе русских, а потом советских патриотов, с 1945-го был вхож в советское Посольство в Париже, работал с художественным отделом Союза советских патриотов и в итоге стал одним из его руководителей. В июне 1946 года он принял советское гражданство и 26 ноября того же года уехал из Марселя в Одессу на пароходе «Россия».
В СССР Рощин жил в Москве; его статьи выходили в «Огоньке», «Новом мире», «Смене» и других изданиях. Но воплотить все творческие замыслы так и не удалось. Особенно тяжело он переживал неудачу «Парижского дневника», который был для него самым важным произведением жизни: на обсуждении в Союзе советских писателей «Дневник» с его глубоко человеческим, очень личным состраданием ко всем жертвам войны, без различия классов, резко раскритиковали.
* * *
Фонд Николая Яковлевича Рощина хранится в РГАЛИ под № 2204, охватывая период с 1916 по 1956 год, и содержит 251 единицу хранения. В нем собраны рукописи повестей «Отец Алексей», «Белая сирень», «Будни черного материка», сборник рассказов «Горнее солнце» и отдельные рассказы 1925–1952 годов, статьи и очерки «Настроения современной Франции», «Здравствуй, Родина!», «Письма к канадским друзьям», а также «Парижский дневник» — всего более 450 рукописей. В фонде отложилась переписка с И.А. Буниным, Б.К. Зайцевым, А.И. Куприным, В.Е. Лазаревским, Тэффи, М.М. Пришвиным, К.А. Фединым, Сашей Черным, И.С. Шмелевым и другими.
Биографическая часть фонда говорит о судьбе писателя: автобиография удостоверения, выданные дирекцией полиции в Загребе, свидетельства о работе на заводах в Пуасси и Булони, членские билеты компартии Франции, анкета групкома при Гослитиздате. Рядом — критические отзывы и рецензии, газетные вырезки 1923–1936 годов, фотографии Рощина и снимки с дарственными надписями.
